цена Метадон белоснежный Солнечногорск Метадон белоснежный

Я историю, братва, вам расскажу,

Как купил метадон, и пошел на поход с друзьями пахать.

Мы, угарная банда, несем веселье и шипящие закладки.

На грузовике, своем мерче, рвем на улице все на части.

Среди наркоманой молодежи, мы - культовая личность.

Где тусовка - там и мы, нас тут все знают по именам.

Хоть и втирают нам всякую дрянь,

Но мы умеем накуриться и разыграть притон в темноте.

У нас свой сленг, свои законы, мы живем в своем ровном магазине.

Недавно я решил дать себе отдых,

Надоела грязь, надоела гречка.

Взял я ширку, и пошел к друзьям в горы.

Ночью, под звездами, мы вдыхали дым и пели рэп.

Горы своею красотой ошеломляют.

Аромат приключения и свободы заполнял воздух.

Мы были в своей стихии, нашим сокровищем была наркота.

Всем насрать на мнение мира, мы сами выбираем свою дорогу.

Лишь тревоги и проблемы развеялись,

В моей душе царила нирвана.

Вокруг нас был мир, где друзья - наши братья.

Нет никаких правил, только ты и твоя наркота.

Проходит время, затягивает нас свобода.

Что-то меняется, а что-то остается таким же.

Мы продолжаем свое шествие по трудным путям.

В каждом новом шаге нас ждут новые приключения.

Но я понимаю, что пора осознать,

Что метадон - это всего лишь маска.

За мерцающей пеленой неведения скрывается пустота.

А горы, они видят все, они знают наши секреты.

Я понял, что наркота не дает мне силы,

Она только уводит меня в мир иллюзий.

Готов идти вперед, не оглядываясь на прошлое.

Но я не хочу стоять на месте, я хочу двигаться вперед.

И каждый день я буду бороться за более яркое будущее.

Ведь в этой жизни много возможностей и новых открытий.

А наркота только оградит меня от них,

Превратив в зомби, неспособного пробудиться.

Так что прощай, метадон, прощай, гречка.

Я выбираю свободу и новые горизонты.

Скоро откроется новый магазин,

Где продавцы будут втирать души вместо наркоты.

И я буду там, братва, ровным покупателем.

Пока же я иду своей дорогой,

Встречая приключения и новых друзей.

Наркоман, взгляни в глаза своей судьбе.

И выбери путь, который приведет тебя к свету.

Не позволяй наркоте властвовать над тобой,

Ведь только ты сам создаешь свою историю.

Сидим мы с барбиками, нашим крутым гопотским коллективом, да обсуждаем, как бы нам устроить настоящий праздник. И тут появляется на горизонте тот самый наркотик, о котором все заговоры. Кто-то из друзей нашел контакт, где можно купить метадон, и потом накрыться его жестким бодрым действием. Как же мы хотели попробовать это новое для нас наслаждение!

Решили мы заказать партию метадона, чтобы все подзарядиться на полную, и как только он нам доставят, начнется дикая вечеринка. Вот подкрались сумки с наркотиком, вот лежат они среди нашего общего бардака. Все было готово для знаменательного события в нашей жизни.

Но, черт возьми, какое-то говно случилось! Входит в комнату мой сосед, бац, дверь открылась, и перед глазами вырисовывается знакомое пятно на его руке - менты! Полиция блин! Они обыскали нашу коммуну и находят эти запрещенные вещества у нас. Нахрен! За что такое наказание? Мы-то хотели просто подзарядиться, да покурить немного, но без этого ментов никак не обошлось.

Комната оказалась заваленной шприцами, пырялками и другими приспособлениями для употребления наркотиков. Кому что это все пригодилось? Так нам и сказали, что мы ведь типа наркоманы, готовые на любую жестокость ради одной доли небесного ощущения.

Начались допросы, караул и все дела. Разыгрывают над нами эту бесконечную комедию - законодателей, блин, все знать. Утаиваем мы все, что только можем, да ведь это же сугубо наша личная жизнь, наше забавное хобби. Но что нам помогло? Ничего!

Так я и оказался без башки, без мозговой ячейки, накормленный ядом метадона. Весь день и всю ночь я просто лежал на доске, еле дыша и вспыхивая из-за каждого слова, произнесенного мной. Жизнь, в которую я погрузился, стала настоящим адом. Но я не мог остановиться.

Армия, где я был призван, просто не могла понять, что со мной происходит. Так их, солдатских властей, посетила радикальная идея просто выставить меня за дверь. Как были мои соратники довольны, смеясь надо мной и моей жесткой долей. Они знали, что мне уже не спасти, и добиться реабилитации будет невозможно.